Узбекистан представил новый токен HUMO, целью которого является упрощение торговых операций с российскими компаниями. Этот криптоактив, разработанный национальным платежным оператором HUMO, будет обеспечен государственными облигациями Узбекистана, что, по словам руководителя проекта Павла Бибика, гарантирует его стабильность и безопасность. Бибик подчеркнул, что HUMO значительно упростит трансграничные платежи и станет эффективным инструментом для международных расчетов, в том числе с юридическими лицами из России.
Александр Калякин, управляющий партнер консалтинговой компании Fintech Partners, считает, что на первый взгляд новый инструмент выглядит привлекательным для бизнеса, но есть важные нюансы. Он отметил, что российские компании нуждаются в новых путях для международных платежей, и появление таких альтернатив от дружественных стран расширяет возможности для внешнеэкономической деятельности, особенно в условиях ограниченного доступа к традиционной финансовой системе. Калякин охарактеризовал предложение Узбекистана как позитивный шаг, но подчеркнул, что даже самые инновационные цифровые инструменты, будучи легальными и прозрачными, все равно зависят от классической централизованной инфраструктуры. В случае с токеном HUMO это платежная система Узбекистана, которая сама по себе не полностью застрахована от вторичных санкций. В более широком контексте глобальной финансовой трансформации, по его словам, речь идет о создании распределенной альтернативной системы международных расчетов с множеством новых узлов. Узбекистан может занять место одного из таких узлов, но вряд ли станет ключевым системообразующим центром.
Перспективы криптовалют как альтернативы доллару
Эксперты “Ъ FM” отмечают, что HUMO фактически является стейблкоином. Юрий Брисов, партнер компании Digital & Analogue Partners, полагает, что токен будет востребован российским бизнесом благодаря его способности упрощать трансграничные платежи. Однако, по его мнению, текущее российское законодательство существенно ограничивает применение HUMO. Брисов объяснил, что, хотя стейблкоины из других стран, например USDT, популярны в мире, их использование в России сталкивается с рядом ограничений. Федеральный закон №259-ФЗ запрещает резидентам РФ и компаниям получать криптовалюту в качестве встречного предоставления, хотя платить ею не запрещено. Это ограничение частично преодолевается благодаря экспериментальному правовому режиму (ЭПР), который позволяет бизнесу, после получения многочисленных согласований и разрешений от Центрального банка, создавать брокерские счета для получения криптовалюты. Брисов добавил, что международные санкции также напрямую ограничивают использование криптовалюты гражданами РФ и расчеты с ними. В этом контексте токены с более лояльным санкционным комплаенсом могут оказаться полезными. Однако, по его словам, сложно предсказать, будет ли HUMO таким токеном, поскольку Узбекистан, на уровне банков и криптобирж, в значительной степени поддерживает существующие ограничения.
Условия сделок с криптовалютой в России
Анатолий Семенов, глава Ассоциации параллельного импорта, подчеркнул, что в настоящее время санкции не являются главной проблемой при проведении трансграничных платежей. Он считает, что любые государственные криптовалюты или платежные деривативы уступают децентрализованным активам, таким как биткоин, из-за их подверженности непредсказуемым политическим рискам.
По нашему опыту проблемы платежей сейчас даже не столько в каких-то санкциях, сколько в нерасторопности ответственных лиц в банках и в том, что они очень долго проверяют трансакции. При этом это вообще не предусмотрено действующими правилами или ограничениями.
Вторая проблема, по словам Семенова, заключается в алгоритмах, не соответствующих правилам. Например, действующее законодательство позволяет производить несколько платежей по одному контракту в разные страны, но электронная система внешнеэкономической деятельности, где регистрируются контракты, этого не предусматривает: там один контракт ассоциируется только с одним инвойсом. Таким образом, подытожил Семенов, дело часто не в самом средстве платежа, а в неочевидных транзакционных издержках.
Согласно последним данным Федеральной таможенной службы, в прошлом году доля Узбекистана во внешнеторговом обороте России составила около 1,5%, или примерно $8 млрд. Эта сумма сократилась примерно на 20% по сравнению с предыдущим годом.
