Компании жалуются на слабый спрос, низкое качество техники и недоступные займы
Согласно результатам недавнего опроса предприятий реального сектора, проведенного Институтом народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН во второй половине весны, зафиксировано существенное снижение инвестиционной активности. Одновременно с этим растет обеспокоенность бизнеса высокой стоимостью заемных средств. Большинство опрошенных компаний считают, что политика Центрального банка, направленная на поддержание высокой ключевой ставки, выступает основным фактором, тормозящим экономический рост. На этом фоне сохраняется технологическое отставание, а восстановление экономики после санкционного давления 2022 года фактически завершилось без значимых успехов в импортозамещении или повышении устойчивости.
По данным опроса, в котором приняли участие 165 компаний из основных секторов экономики (преимущественно производство и инфраструктура) из 47 регионов, а также девять предприятий, работающих в нескольких регионах, инвестиционную активность проявляли только 49,7% участников. Годом ранее этот показатель составлял 63,7%. Доля респондентов, планирующих запуск новых производств в течение ближайших одного-двух лет, сократилась с 49,6% в 2024 году до 35%. Также уменьшилась доля компаний, использующих для инвестиций как внешние, так и собственные источники. При этом количество предприятий, сокративших объем внутренних инвестиций, выросло с 24% до 43,7%.
Представители бизнеса назвали основной причиной этого высокую стоимость привлечения средств — так ответили 71,6% предприятий.
Доля компаний, использующих кредиты для инвестиций, снизилась с 39,8% до 32,5% (при этом использование иностранных кредитов практически прекратилось). Была отмечена некоторая активизация роли бюджетного финансирования: доля предприятий, получивших целевую государственную поддержку, выросла с 11,4% до 18,5%.
Компании также выражают беспокойство по поводу ослабления внутреннего спроса. Если в конце 2024 года снижение покупательной способности называли проблемой 32,9% предприятий, то весной 2025 года об этом говорили уже 46%. Эта проблема наиболее остро ощущается в секторах, ориентированных на производство продукции длительного пользования, которая часто приобретается в кредит, например, в машиностроении для сельского хозяйства и дорожного строительства.
На фоне этих тенденций наблюдается снижение остроты проблемы дефицита трудовых ресурсов. Весной на нехватку кадров жаловались менее половины предприятий — 43,5% против 65,2% годом ранее. Однако это связано не с решением кадровой проблемы, а скорее является следствием общего замедления экономической активности и, как результат, снижения потребности в рабочей силе.
Интересно, что внешнее санкционное давление продолжает оказывать влияние на опрошенные предприятия, но воспринимается ими как относительно стабильное.
Весной 69,3% компаний сообщили, что пострадали от санкций. Этот показатель практически не изменился за последние полгода. При этом 31,1% респондентов отметили, что санкции принесли как негативные, так и позитивные эффекты, в частности, стимулировали развитие локальных производств и поставок.
Тем не менее, попытки импортозамещения в промышленности по-прежнему ограничены технологическими факторами. Несмотря на уход ряда крупных западных компаний с российского рынка, большинство опрошенных (69,2%) продолжали приобретать новое иностранное оборудование в последние 2-3 года. Российская техника закупалась реже – ее использовали 59,6% респондентов. Примечательно, что даже в условиях ограниченной конкуренции российские производители не смогли полностью удовлетворить внутренний спрос, и основной альтернативой западной продукции стала китайская техника. Отвечая на вопрос о сопоставимости качества, 66,6% респондентов заявили, что российские аналоги «есть, но их очень мало», а 23,1% сообщили, что таких образцов вообще не существует. Только 10,3% считают, что техника российского производства может конкурировать с зарубежной по качеству. И хотя доля тех, кто видит сокращение разрыва в качестве, постепенно растет, темп этого процесса оценивается как крайне медленный.
Исследование также затрагивает тему «устойчивого» машиностроения (в контексте концепции устойчивого развития ООН). Около 60% предприятий считают это направление актуальным. Основными мотивами для развития в этом направлении являются снижение затрат на энергоресурсы (59,2%) и повышение конкурентоспособности (50%). Однако 40,9% респондентов пока не относят устойчивое производство к своим приоритетам. Главными препятствиями здесь выступают высокая стоимость необходимых технологий (59,4%) и нехватка квалифицированных кадров (46,9%).
В то же время, в восприятии административной среды отмечены улучшения.
«Анализ тенденций за последние 15–20 лет показывает, что в целом частота жалоб на избыточную бюрократизацию со стороны государственных структур медленно, но достаточно стабильно снижалась»,— констатируют в ИНП РАН. Только 21,3% опрошенных сообщили, что сложностей стало больше — это минимальный показатель за весь период наблюдений. 29,8% отметили улучшение ситуации или полное отсутствие административных барьеров. По мнению авторов исследования, это связано с развитием цифровых госуслуг и общим снижением активности контролирующих органов.
Что касается государственной поддержки, для промышленных предприятий наиболее приоритетными являются снижение налоговой нагрузки (53%), ограничение роста цен на ресурсы и транспортные услуги (50,6%), поддержка внутреннего спроса (47,6%) и помощь производителям, занимающимся импортозамещением (46,3%).
Таким образом, основные риски для российской промышленности в 2025 году, согласно данным исследования, обусловлены не столько усилением внешнего давления, сколько внутренними факторами: высокими процентными ставками, технологическим отставанием, недостаточным спросом и структурными дисбалансами.
