Эксперты ИНП РАН считают нецелесообразным распространять сахалинский опыт ограничения выбросов парниковых газов на всю территорию России.
По мере приближения к завершению сахалинского пилотного проекта по регулированию выбросов парниковых газов (запланировано на 2025 год), дискуссии о внедрении строгих климатических мер в России становятся все более острыми. В первом Национальном докладе по климатической повестке России, подготовленном Институтом народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН, содержится вывод о том, что расширение данного эксперимента по созданию рынка углеродных единиц на федеральный уровень является «неэффективным подходом». Авторы доклада аргументируют это тем, что такой шаг не поможет достичь ключевых целей национальной климатической политики, включая увеличение бюджетных доходов, защиту от трансграничного углеродного механизма Евросоюза (СВАМ) и интеграцию России в международный углеродный рынок.
Масштабирование сахалинского эксперимента на всю страну признано неэффективным решением, согласно первому ежегодному Национальному докладу о климатической повестке в России, созданному ИНП РАН в сотрудничестве с Фондом Андрея Мельниченко и медиагруппой «Россия сегодня». В текущем виде механизм квотирования не способствует достижению ни одной из трех главных задач национальной климатической политики: росту бюджетных поступлений, защите от европейского «углеродного налога» или встраиванию в мировой углеродный рынок в рамках статьи 6 Парижского соглашения.
Напомним, эксперимент по формированию регионального углеродного рынка и достижению углеродной нейтральности на Сахалине к концу 2025 года стартовал в 2022 году по инициативе Минэкономики. В нем участвуют 35 предприятий, которым предписано снизить выбросы парниковых газов на 160 тысяч тонн в эквиваленте СО2. Сахалин был выбран для тестирования модели регулирования из-за своей относительной географической изоляции и небольшого числа крупных промышленных загрязнителей.
В мире применяются две основные модели систем торговли выбросами — европейская и японская.
Ключевое различие между ними заключается в типе торгуемых единиц. Европейская система оперирует «разрешениями», которые должны полностью покрывать все эмиссии ПГ. Японская модель требует оплаты только за превышение установленного лимита выбросов. Еще одно отличие — структура рынка единиц сокращений: в Европе есть первичный (регулятор-эмитент) и вторичный (эмитент-эмитент) рынки. В Японии первичного рынка нет — регулятор устанавливает лишь базовый уровень выбросов, а компании торгуют между собой полученными квотами. Авторы доклада отмечают, что из-за этих фундаментальных различий синхронизация европейской и японской моделей углеродного регулирования неосуществима.
Минэкономики реализовало сахалинский эксперимент по японской модели торговли выбросами. Эта модель разрешает компаниям, превысившим свои квоты, использовать углеродные единицы с формирующегося в России добровольного углеродного рынка для их погашения. Авторы доклада подчеркивают, что такая схема не позволяет пополнять бюджет за счет продажи квот, поскольку в России отсутствует первичный рынок углеродных единиц. Кроме того, данный подход ограничивает возможность торговли российскими углеродными единицами лишь двумя регионами Японии и Саудовской Аравией, блокируя выход на другие мировые рынки.
Впрочем, речь идет не о полной отмене тестируемой системы, а лишь о ее модификации.
Заведующий лабораторией анализа и прогнозирования климатических рисков экономического развития ИНП РАН Андрей Колпаков отметил на презентации доклада: «Как региональный эксперимент и региональная модель — это хорошая история». Для ее реализации уже существует правовая основа: Федеральный закон №34 от 6 марта 2022 года предоставляет регионам РФ право проводить эксперименты по ограничению чистых выбросов парниковых газов на своей территории.
Стоит отметить, что споры о целесообразности распространения сахалинского климатического проекта ведутся давно. Представители бизнеса неоднократно выражали опасения, что климатическая повестка может быть использована как инструмент экономического давления. При этом глава Минэкономики Максим Решетников ранее заявлял, что власти пока предпочитают тестировать «мягкую модель», где компании обязаны лишь отчитываться о выбросах, а климатические проекты осуществляются на добровольной основе без установления строгих квот.
По мнению партнера Kept Владимира Лукина, сахалинский эксперимент в целом выявил ряд значимых вопросов. Во-первых, ключевой элемент регулирования — формирование справедливой рыночной цены на углерод — пока не реализован. Во-вторых, необходимо учитывать уникальную региональную специфику Сахалина, в том числе ограниченное количество субъектов, подлежащих регулированию. Эксперт считает, что регулирование на федеральном уровне рано или поздно станет необходимостью. Консенсусным решением может стать доработка текущей модели и ее тестирование в других регионах, и «только после этого можно будет рассматривать вопрос о ее масштабировании».
