Ушел из жизни выдающийся шекспировед Алексей Бартошевич, внук легендарного Василия Качалова
Фото: commons.wikimedia
8 октября ушел из жизни Алексей Бартошевич, один из крупнейших современных шекспироведов и внук знаменитого актера Московского Художественного театра Василия Качалова. 4 декабря Алексею Вадимовичу исполнилось бы 86 лет.
Несмотря на давнюю и серьезную болезнь, он не терял присутствия духа, продолжал активно посещать спектакли и живо интересовался всем происходящим. Его любознательность к театру была поистине феноменальной. Он всё видел, везде бывал, сохраняя при этом удивительную доброжелательность. Даже самые неудачные постановки он мог разобрать по мельчайшим деталям, никого при этом не обидев.
Коллеги и студенты за глаза называли его Бартом, о чем он, безусловно, знал. Он был настоящим хранителем эпохи, способным поведать то, что было неизвестно другим. Великих артистов Московского Художественного театра Бартошевич наблюдал с раннего детства, находясь с ними в непосредственной близости, и даже развлекал за кулисами, читая им стихи.
Его детские годы прошли в доме, окна которого выходили прямо во двор Художественного театра, где хранились декорации и сценический реквизит, и где можно было играть с детьми мхатовских актеров. Мальчиком Бартошевич неизменно слушал с балкона марш военного оркестра, участвовавшего в чеховских «Трех сестрах». В определенный час музыканты выходили во двор и продолжали играть. Для маленького Алеши это был важный ритуал. Театр он понимал на интуитивном уровне, и это глубокое понимание сохранилось и годы спустя, когда он стал серьезно заниматься театроведением.
Его мать работала суфлером в Художественном театре после того, как завершила актерскую карьеру. Она была ученицей легендарного Леся Курбаса в Харькове, чье имя мы все изучали в ГИТИСе. Юный Алексей проводил всё свое свободное время за кулисами.
Отец, который не жил с семьей, — это знаменитый Вадим Шверубович, человек со сложной судьбой и военным прошлым, легендарный завпост Художественного театра, написавший яркие воспоминания о театре.
Дед Бартошевича, выдающийся артист МХАТа Василий Качалов, в голодные годы приглашал внука на обед в свой дом в Брюсовом переулке. Стол у него был отменно сервирован, угощения подавались изысканные, что было особенно ценно в те трудные времена. Благодаря этому внук был сыт и здоров. Однажды, когда он сопровождал деда до театра, к ним по пути подходили и здоровались незнакомые люди.
Во время одного из таких визитов к Качалову пришел сотрудник театра, чтобы сделать фото. Именно тогда и был запечатлен знаменитый кадр: элегантный дед в костюме-тройке и его маленький внук. Интересно, что на чулках мальчика, надетых под шорты, зияла дыра, которую фотографу позднее пришлось ретушировать.
Алексей Бартошевич был на редкость демократичным и доброжелательным человеком, никогда никого не обижал и был рад любому общению. Он совершенно не знал, что такое гордыня и высокомерие. Его высочайшей внутренней культуре, самообладанию и благородству можно было только позавидовать.
Он говорил слегка приглушенным, неповторимым голосом. У него был удивительный дар рассказывать о Шекспире, почти не произнося его имени. Невозможно забыть, как на одной из лекций в ГИТИСе Бартошевич так подробно и вдохновенно говорил о звездах, что вдруг всё становилось предельно ясным о Вселенной Шекспира. Он сам когда-то был студентом ГИТИСа, а затем стал преподавателем от Бога. Долгие годы он преподавал в ГИТИСе, и его лекции не пропускали ни будущие актеры, ни режиссеры, ни, тем более, театроведы. В них жили искреннее слово, простота и масштаб, которые давали студентам заряд и стимул смотреть не под ноги, а в бескрайнее небо.
