Ироничные сценки
Суетливое общество
Первый гость: Что объединяет нас, собравшихся за этим столом? То, что мы коренные москвичи. Воздух, которым мы дышим с детства, сформировал нас такими, какие мы есть. Мы всегда узнаём друг друга с полуслова.
(Все встают и чокаются бокалами. Один из гостей молча отстраняется.)
Второй гость: Москву не смогли взять ни французы, ни немцы. Но её захватили гастарбайтеры и приезжие.
Гость, не участвовавший в тосте: А вы ведь не желаете пачкать руки. Вы устроились в уютных офисах. А убирать мусор, прочищать канализацию – это не для вас. Мы же ничего, не брезгуем. Не гнушаемся никакой тяжёлой работы. Поэтому мы вас и одолеем. Вам нечего желать, у вас всё есть. А мы жаждем всего, ведь у нас ничего нет.
Комедианты
Первый: У нас с тобой одинаковые пишущие ручки. Где ты взял свою?
Второй: Нашёл в столовой. Вероятно, кто-то уронил.
Первый: А я купил свою в газетном киоске. О чём говорит схожесть наших ручек? О том, что мы принадлежим к одному социальному слою. Богачи узнают друг друга по одинаковым часам «Ролекс», а мы понимаем, что относимся к схожей по достатку группе населения, демонстрируя наши незатейливые перья.
Мерило юности
Он: Я вовсе не старый! Мне молодёжь в транспорте место не уступает.
Она: Сегодня молодёжь никому места не уступает.
Разговор товарищей
Первый: За тобой никто не гонится.
Второй: Кроме смерти.
Скромные радости духа
Первый: В жизни нас окружают недруги. А потом мы забываем все обиды.
Второй: Это склероз…
После бракосочетания
Он: Ты сотнями перечисляла свои достоинства, уговаривая меня жениться. А о недостатках ни слова не сказала.
Она: Это мой свадебный сюрприз для тебя.
Исповедь
Первый: Мы знакомы десять лет и ни разу не поговорили по-настоящему.
Второй: Самое грустное: мы умрём, так и не поговорив всерьёз.
Застольный возглас
Гость: За кого пьём?
Тамада: За начальство. Всегда за начальство. Это принципиальный тост и позиция: за руководство. Всем рекомендую: пейте только за начальство. Не прогадаете.
О супружеской верности
― Быть верной женой — это настоящее ремесло.
― Причём старейшее из всех.
О неверных супругах
― Она родила троих детей. Значит, как минимум трижды была близость с мужем.
― Не факт. Дети совсем не похожи на отца.
Проверка знаний
― Каких писателей вы знаете?
― Лев Толстой, Достоевский.
― Какие их произведения вам известны?
― Лев Толстой — первый том, Достоевский — девятый том.
Ожидание у святыни
Старушка: Мой сын попал в аварию. Он в коме. Я иду к мощам, а вы не пропускаете. Я должна припасть, прикоснуться к святыне!
Охранник: Встаньте в общую очередь!
Женщина: Я тороплюсь помолиться.
Охранник: Встаньте в очередь. Проходите в конец! Не мешайте!
Старушка: Не успею. Я должна успеть.
Охранник: Соблюдайте порядок!
Женщина: Вы слишком многое берёте на себя.
Охранник: Не морочьте голову! Отстаньте!
(Появляется архангел Гавриил, позвякивая ключами.)
Архангел Гавриил (Охраннику): Пойдём.
Охранник: Я при исполнении обязанностей.
Архангел Гавриил: Небесные врата всегда открыты и впускают без очереди.
Охранник (печально): Нельзя покидать свой пост. Но я привык подчиняться.
Старушка: Как удачно всё вышло! Очередь исчезла!
В доме усопшего
(После трагического события)
Дочь: Я всё обыскала… Где? Ну, это самое?
Сын: Что ты имеешь в виду?
Дочь: Ну, эта… Которая…
Сын: О чём ты?
Дочь: Ну, она так вьётся.
Сын: Молчи!
Дочь: Используется для перевязывания…
Сын: Бинт?
Дочь: Почти. Только бинт дарит надежду. Оставляет шанс. А тут нет шанса.
Сын: Ты о бабушке?
Дочь: Разве бабушку можно смотать в клубок?
Сын: Можно. Кошку тоже можно. При желании. Любого можно. В бараний рог.
Дочь: Я о неодушевлённом… предмете.
Сын: О папе? Да, трагически завершилось. Кто бы мог подумать?!
Дочь: Все могли.
Сын: Нет, не могли. Народная мудрость гласит: всё всегда кончается хорошо. Что ни делается — к лучшему.
Дочь: Не всегда, увы. Ему стоило бы бежать. Но, конечно, он не верил, как и мы все. Не предполагал, что всё так драматически обернётся.
Сын: Если бы он сбежал… Ну, предпринял попытку побега, было бы ещё хуже.
Дочь: Куда уж хуже!
Сын: Бегство означало бы признание вины. А он не считал себя виноватым. И многие не считали. На суде он надеялся доказать…
Дочь: Разве докажешь тем, кто погряз в этом?
Сын: Иногда случается. Справедливость торжествует.
Дочь: На самом деле, он хотел бежать. Когда понял: не миновать. Упаковал всё необходимое. Но не нашёл… эту самую… Чтобы перевязать багаж.
Сын: Ну да, эту самую… Чтобы перевязать… вещи.
Дочь: О ней и говорю.
Сын: Плохо, когда нельзя выражаться прямо…
Дочь: А помнишь, бывало, свободно говорили… Так прямо и говорили: нужно купить… эту самую… ну…
Сын: Не бойся, произнеси!
Дочь: А я и не боюсь. Но нельзя. Не принято. Согласно народным поверьям.
Сын: Для нас самих важно. Сказать прямо! Самим себе показать, что мы не деморализованы.
Дочь: Ну, бечёвки, канаты, тралы, жгуты, тросы… Провода и кабели.
Сын: А папа возражал: «Не надо! Никуда не побегу!»
Дочь: И ленточек! Разноцветных!
Сын: И шнурков!
Вдова (вмешивается): Хватит! Не растравливайте рану. Не ковыряйте.
Дочь: И папа говорил: «Не надо! Не покупайте… Эту самую… А то используют по назначению!»
Вдова: И я говорю: не надо! Мне за вас тревожно. И вообще: не принято нарушать… Табу. А то опять накличем беду.
Дочь: Да, я тоже заметила: как только заводишь о ней разговор, сразу появляется соблазн… использовать… как ты выразилась… по назначению. По прямому, я имею в виду, назначению. А не для упаковки подарков.
Сын: И ещё этих… Как их? Поводков и ошейников! Тоже не будем покупать. А то на цепь посадят. С них станется. Цепь — это же аналог верёвки.
Дочь: Ну вот мы и произнесли. И ничего страшного не произошло. Хорошо, что свободно говорим. Не стесняя себя. Называем вещи своими именами.
Сын: А раньше боялись… произносить.
Дочь: Потому что потеря была слишком свежа. Теперь сгладилось. И мы вольны произносить что вздумается. Верёвка. Верёвка. Цепь. Лента. Ошейник. Как же я соскучилась по этим простым человеческим словам!
Сын: Верёвка. Верёвка. Цепь. Бинт. Какое блаженство чувствовать себя свободным! Произносить всё, что захочешь. Верёвка. Верёвка. Бечёвка.
Дочь: Бечёвка. Верёвка. Верёвка. Бечёвка. Канат. Трос. Ошейник.
Сын: Трос. Канат. Наконец, свободны. От проклятых суеверий! Канат. Канат.
Дочь: Верёвка. Верёвка.
Сын: А ещё о чём-нибудь можем?
Дочь: Давай сначала насладимся свободой. В полной мере. Канат. Верёвка. Бинт.
Сын: Канат. Бинт. Бечёвка.
Дочь: Ну вот, мы раскрепостились. Это далось нелегко.
Сын: Бинт. Канат. Верёвка. Бечёвка. Лента. Пёстрая лента.
