Владимир Рацкевич – не просто музыкант, а настоящий пионер советской рок-сцены. Его путь начался во времена «музыки на костях» – подпольных записей на рентгеновских пленках, которые слушали тайно, пряча от посторонних глаз. В девять лет, как вспоминает Владимир, диск с Биллом Хейли под подушкой стал для него откровением и навсегда изменил его отношение к музыке, превратив ее из простого звука в нечто гораздо большее.
Переломным моментом стал 1964 год, когда услышанная песня The Beatles «Hard Day’s Night» ознаменовала конец прежнего музыкального мира и начало новой эры. Владимир оказался в эпицентре этих перемен. В 1967 году он создал группу The Saints, исполняя каверы на The Shadows и тех же «Битлз». Первые концерты часто встречали непонимание или даже враждебное отношение.
Одна из самых ярких историй связана с выступлением в медучилище, где бурная реакция сотен студенток заглушала музыку. Директор, испуганный или возмущенный, попросил группу прекратить выступление. Это был показательный момент, когда музыка становилась мощной силой, способной «сводить с ума», а сцена превращалась в пространство борьбы за творческую свободу.
Со временем группа начала искать свой уникальный стиль, отходя от простого копирования западных исполнителей. В 1968 году Владимир вместе с Алексеем Тегиным основал «Рубины», позже трансформировавшиеся в «Рубиновую Атаку». Важную роль в поддержке московской рок-сцены сыграл Юрий Айзеншпис – бескорыстный энтузиаст, который давал шанс новым талантам. Хотя тогда слова «продюсер» не было, Юрий интуитивно выполнял эту роль.
В 60-е годы Айзеншпис организовывал подпольные концерты для продвинутой столичной молодежи, несмотря на опасность и облавы милиции. Он делал все возможное для развития рок-музыки в стране. И даже в конце 80-х, взяв под опеку группу «Кино» с Виктором Цоем, он руководствовался не только менеджерским расчетом, но и искренней страстью к истокам этого движения.
В 1972 году Владимир собрал «Високосное Лето». Он вспоминает, как сцены разных групп тесно переплетались, музыканты переходили из одной команды в другую – «Садко», «Автограф», «Мифы», «Скоморохи». Вся эта музыкальная семья находилась в поиске своего звучания и была неразрывно связана.
Власти часто чинили препятствия концертам, вынуждая искать новые площадки и способы донести музыку до публики. При этом Владимир совмещал учебу в институте, связанную со строительством, с занятиями рок-н-роллом – такая двойная жизнь требовала полной отдачи и была типичной для многих музыкантов того времени.
Переход к новым технологиям стал следующим этапом. В 1984 году Владимир вместе с Николаем Ширяевым открыл первую в СССР студию компьютерной музыки «Вектор», а затем независимый лейбл LAVA. В конце 80-х его музыка зазвучала в популярных телепередачах, охватывая миллионы слушателей. Так рок-музыка вышла из подполья на широкую аудиторию, открыв новую эру.
Эти воспоминания служат мостом между прошлым и настоящим, между эпохой «костей» и современными возможностями. Сегодня у молодых музыкантов гораздо больше инструментов для самореализации, но, как подчеркивает Владимир, главное – это душа, искренность и готовность следовать своему пути, даже если он идет против течения. Для Игоря Сандлера эта встреча стала важным напоминанием о том, что российский рок – это не только музыка, но и самобытная, цельная культура, отражающая историю и дух своей эпохи, которую важно сохранять и передавать следующим поколениям.
