Увлекательная экспозиция о закулисье МХТ имени Чехова предваряет новую премьеру.
В Зеленом фойе Московского Художественного театра имени А.П. Чехова открылась уникальная выставка Музея МХАТ под названием «Играть! Антракт!». Экспозиция приурочена к предстоящей премьере новой версии спектакля «Кабала святош» и предлагает зрителям глубокое погружение в театральный мир, раскрывая его через призму масок, костюмов, эскизов и строгой закулисной дисциплины, основы которой были заложены ещё самим Константином Станиславским.
На выставке представлены материалы, рассказывающие о всех четырех постановках «Кабалы святош» в истории МХТ. При этом, что примечательно, здесь нет ни одной фотографии из прошлых спектаклей. Вместо этого, повествование ведётся через творчество художников, работавших над каждой из инсценировок.
Название «Играть! Антракт!» выбрано неслучайно. Как тонко подметил Павел Ващилин, директор Музея МХАТ, на церемонии открытия: «В жизни не бывает антрактов, в жизни только жизнь от начала и до конца, а у актёров есть два режима — играть или антракт». Идея гармоничного сочетания музея и театра в очередной раз подтверждает свою эффективность.
Посетителей выставки приглашает сам театр: прямо у входа в Зелёное фойе лежит ковёр с заманчивой надписью «Антракт!». Это приглашение окунуться в таинственный мир театрального закулисья. Здесь можно увидеть знаменитый «завет» Константина Сергеевича Станиславского — объявление, строго регламентирующее порядок поведения за кулисами. В нём чётко указано: «Напоминаю всем актерам и служащим МХАТ, что здесь, на лестнице, где стоит диван, и на сцене во время спектакля могут находиться только участники идущего акта». Ещё один пункт напоминает: «Комната ожидания — это не клуб, а место для подготовления к творчеству актеров перед самым выходом. Здесь не может быть ни посторонних лиц, ни посторонних разговоров. Здесь должно царить только искусство…»
Среди других любопытных экспонатов — репетиционные костюмы, которые артисты носят до того, как будут готовы основные сценические наряды: простые чёрные юбки, похожие на платья на бретелях, и чёрная обувь. Для грима предусмотрена специальная одежда — рубашка с глубоким вырезом, чтобы не испортить причёску при снятии, и универсальный халат, который можно накинуть поверх сценического костюма во время перекуса, не снимая его.
Выставка дарит уникальную возможность совершить путешествие во времени.
Дата первая — 1936 год. Эскизы Петра Вильямса и Николая Ульянова воссоздают пышную и торжественную атмосферу первой постановки пьесы Булгакова «Мольер». Однако соседний уголок, посвящённый самому автору, Михаилу Булгакову, раскрывает трагическую судьбу этого спектакля. Писатель завершил пьесу в 1929 году, но после нескольких лет репетиций постановка была снята со сцены всего лишь после семи показов. Для Булгакова, работавшего тогда ассистентом режиссёра в Художественном театре, этот запрет стал тяжёлым ударом, и он покинул театр. О том печальном периоде напоминают цензорский экземпляр пьесы, письмо Булгакова к Станиславскому от 22 апреля 1935 года, где автор выражает несогласие с внесёнными изменениями и требует либо принять пьесу в её первоначальном виде, либо вернуть её. Рядом с этими документами — посмертная маска Михаила Булгакова, безмолвный свидетель той драмы.
К «Кабале святош» театр вернётся лишь спустя долгие годы. Вторая постановка состоялась в 1988 году под руководством режиссёра Адольфа Шапиро и художника Андриса Фрейбергса. Роль Мольера тогда исполнил Олег Ефремов, а Бутона — Олег Табаков, который в 2001 году, после ухода из жизни Ефремова, уже сам вышел на сцену в роли великого драматурга в новой версии спектакля. Третью версию оформления создал Юрий Хариков, чьи эскизы выделяются особой выразительностью. Рядом с ними представлены «живые» эскизы — макеты костюмов, выполненные студентами Школы-студии МХАТ по дизайну Харикова, а также подлинные наряды Олега Павловича Табакова из этой постановки. Эта часть выставки прекрасно дополняет экспозицию «Моё дело — играть!» в Доме-музее К.С. Станиславского.
Для четвёртой, современной постановки, костюмы разработал известный российский дизайнер Игорь Чапурин. Его эскизы можно детально рассмотреть на выставке, а затем увидеть их воплощение на сцене.
Завершающим аккордом экспозиции стало живое выступление актёра Ивана Дергачёва, который на открытии представил небольшое представление в духе итальянской комедии дель арте. Это «лирическое отступление» весьма уместно, ведь маска как сценический элемент и важный образ проходит красной нитью через все постановки «Кабалы святош» в Художественном театре. «В течение жизни мы все меняем маски, и в произведении Булгакова все персонажи тоже носят их, — объясняет Павел Ващилин. — Зачастую маски прирастают к персонажам настолько, что они перестают существовать без них».
