Эксперт по водным ресурсам о низких уровнях воды: «Сначала нужно наладить водный баланс»

taz: Господин Борхардт, федеральный министр транспорта Штеффен Бильгер намерен расширять водные пути в Германии. Скоро ли прибудут экскаваторы?

Дитрих Борхардт: Сложно сказать, что именно имеет в виду министр. Под «расширением водных путей» подразумеваются различные вещи, юридически определенные в Законе о водном хозяйстве. Сюда входит как постоянная строительная перестройка водоемов, выпрямление, углубление, расширение рек, так и, например, укрепление берегов с помощью каменной насыпи или тому подобное. Но это также включает и ренатурацию, то есть возвращение водоема, который был расширен в прошлом, к более естественному состоянию.

taz: Что было бы целесообразно?

Борхардт: Важнее всего выяснить, где и как именно экстремальные уровни воды, которые мы не наблюдали в недавнем прошлом, влияют на наши водоемы – и где существуют «узкие места». Затем необходимо расставить приоритеты: где строительное вмешательство оправдано? Где существует риск нежелательных побочных эффектов?

taz: Каковы могут быть эти побочные эффекты?

Борхардт: Углубление русел рек всегда означает отвод воды из прилегающих береговых зон и пойм. Это означает, что уровень воды в ландшафте еще больше снижается, чего мы не должны добиваться с точки зрения водного баланса, охраны природы, сельского или лесного хозяйства. Наш ландшафт и так уже слишком сильно обезвожен. Кроме того, при углублении водоемов путем выемки грунта приходится перемещать осадочные породы, в которых часто содержатся загрязняющие вещества. Их не следует активно мобилизовать в окружающую среду.

taz: Узкое место, которое планируется расширять, — это Средний Рейн между Майнцем и Санкт-Гоаром. Имеет ли это смысл?

Борхардт: Для двух участков углубления фарватера там процедура утверждения уже завершена, для третьего участка она сейчас находится в процессе. В ходе этих процедур должно проводиться точное взвешивание между воздействием вмешательства на природу и окружающую среду и преимуществами для улучшения судоходности. При корректно проведенной процедуре утверждения я исхожу из того, что интересы были разумно взвешены. Однако углубление фарватера без такого взвешивания на всей протяженности водного пути только усугубит нехватку воды.

taz: Существуют ли альтернативы?

Борхардт: Количество воды важнее углубления. Мы должны в периоды избытка воды запасать воду в прилегающих районах – с помощью «губчатых ландшафтов». В засушливые периоды вода будет медленно высвобождаться оттуда и стабилизировать сток в водоеме таким образом, что проблемы с глубиной не возникнут. Сначала я должен наладить водный баланс ландшафта, прежде чем приступать к строительному созданию дополнительной глубины воды. Однако прогресс в ренатурации водоемов пока очень медленный.

taz: Что бы вы сделали в первую очередь, чтобы наладить водный баланс?

Борхардт: Я бы последовательно реализовал цели Программы действий по естественной защите климата, связанные с водой и водоемами. Это касается ренатурации водно-болотных угодий – по соображениям водного баланса и связывания углерода для защиты климата. Я бы занялся лесным и сельским хозяйством. Лесные массивы должны рассматриваться в большей степени как накопители воды. Содержание гумуса в почвах при выращивании зерновых культур срочно нуждается в признании в качестве фактора водосбережения. Таким образом, сельское хозяйство может способствовать влажности почвы и образованию грунтовых вод, а впоследствии и само извлечь выгоду, например, для орошения своих угодий. И я бы провел ренатурацию небольших проточных и стоячих водоемов в ландшафте как ключевых элементов «губчатого ландшафта» для накопления воды в периоды избытка и замедления ее стока в периоды дефицита. Пока что эти связи видятся слишком редко.

taz: Даже со стороны представителей внутреннего судоходства?

Борхардт: Там, безусловно, тоже есть прогрессивное крыло. Некоторые промышленные отрасли или компании, например BASF, используют низководные суда, которые при той же грузоподъемности требуют гораздо меньшей осадки. Или они реагируют своей логистикой на то, что изменение климата сильно меняет реки. Рейн соединяет крупные порты Амстердама и Роттердама с немецкими промышленными центрами, вплоть до Базеля. Затем есть важные судоходные каналы, например, в Северном Рейне-Вестфалии, Среднегерманский канал или Северо-Балтийский канал. Каждая из этих водных артерий требует индивидуального решения.

taz: Бильгер намерен продлить субсидирование соответствующих судов до 2027 года.

Борхардт: Компании нуждаются в предсказуемости для приобретения новых судов. Однако нужна и более долгосрочная перспектива: каковы будут условия через 20, 30 лет? Компании должны исходить из того, что цепочки поставок не будут функционировать бесперебойно, и тогда им придется комбинировать различные логистические пути. Если один транспортный путь выходит из строя, они переключаются на другой. Но не универсально, а в зависимости от события. Для того чтобы это было организовано, необходима хорошая система раннего предупреждения и хорошее антикризисное управление. Потому что эти экстремальные события, вероятно, будут случаться чаще. Тогда мы не сможем реагировать спонтанной кризисной конференцией, когда они произойдут.